Православные лекции как научиться не осуждать


Как научиться видеть свои грехи и не осуждать других?

Кроме мелких грехов, в которые мы впадаем почти ежечасно, у каждого из нас есть какая-то своя большая укоренившаяся страсть. Слово архимандрита Маркелла (Павука), духовника Киевских духовных школ.

С ней труднее всего бороться и побеждать. Она подобна той немощи, от которой в течение восемнадцати лет страдала женщина, упоминаемая в нынешнем евангельском чтении (см.: Лк. 13:10–17). Эта страсть нас мучает и терроризирует, лишает духовной свободы и спокойствия души, часто отгораживает глухой непроходимой стеной от Бога и других, порой самых близких, людей. Например, кто-то чрезмерно терзается гневом по любому поводу и своим ближним и окружающим устраивает уже в этой жизни сущий ад; кто-то заражен сребролюбием и ради стяжания богатства и денег готов на все; иной из-за любой неудачи впадает в уныние; многие страдают от пьянства, разрушая семьи и целые общества, также часто встречаются нетерпеливые, неуступчивые, злые или несчастные люди, потому что, как объясняет премудрый Соломон, «парение похоти переменяет их ум незлобивый» (Прем. 4:12). Из-за гордыни и властолюбия отдельных чиновников возникают конфликты и войны.

Великое благо, когда человек, терзаемый той или иной страстью, это осознает и с Божией помощью пытается с ней бороться и искоренять, как эта женщина. Христос, придя в синагогу, увидев её веру, незамедлительно исцеляет. Однако много есть людей, которые не видят за собой никаких грехов или обращают внимание лишь на мелочи (например, есть ли в постном печенье молоко), но совершенно упускают из виду свою самую главную страсть. Таким был упоминаемый в Евангелии начальник синагоги. Он не возрадовался при виде исцеления скорченной женщины, не прославил за это Господа, а наоборот, стал осуждать Христа, а по сути Самого Бога, за нарушение субботы.

Наверняка все мы задумывались, почему так происходит? Пожалуй, основная причина неведения своих грехов – осуждение других. Многие посвящают этому всю жизнь, начиная с самого утра и заканчивая поздним вечером: «А у него такая-то жена, а как она одевается, а какая у них квартира и машина, а как ведут себя ее дети» – и т. д. и т. п. И нет этому ни конца ни края. Особенно над провоцированием и развитием страсти осуждения работают ныне все новостные каналы, а также социальные сети интернета.

Не сильно удивительно, когда страстью осуждения болеют светские нецерковные люди. Ужасно, когда ею заболевают люди верующие, забывая о заповеди Спасителя: «Не судите и не судимы будете» (Мф. 7:1). Без сомнения, важно научиться не судить других людей не только словами, но и своими действиями. Например, многие, даже стоя в очереди к великому Таинству Исповеди, тут же осуждают священников, потому что к одному подходят, а к другому не подходят. Когда грязь льется на нас в социальных сетях, мало кто становится на защиту своих пастырей. Конечно, мы все разные, все великие грешники, но благодать священства, полученная в хиротонии, у нас одинаковая. Единственное, что требуется, – это молиться о согрешающих и таким образом помогать всем стать на путь спасения. «Носи́те бремена друг друга, и таким образом исполните закон Христов» (Гал. 6:2).

Корень осуждения, по мысли прп. Иоанна Лествичника, лежит в страсти гнева. Он вложен Господом в нашу душу при творении как защитная реакция, но мы не умеем пользоваться этим орудием. Вместо того чтобы направить острие гнева на себя, то есть свои грехи и недостатки, и победить их, мы обращаем гнев на других, посредством их осуждения, и тем самым лишаем себя благодати Божией и возможности духовного развития и роста.

В книге «Про́лог» рассказывается, как в одном монастыре жили два монаха, «великие житием», и ради этого сподобившиеся видеть один на другом ежедневный особенный отблеск благодати фаворского света и славы Божией. Но вот некогда один из них вышел для каких-то надобностей за монастырские ворота в пятницу рано утром и увидал человека, вкушающего пищу. Какое, казалось бы, ему было дело до согрешающего? Но нет, не утерпел монах и осудил. «Ну можно ли, – сказал, – в пятницу тебе так рано есть?» На другой день, возвратившись в монастырь, он встретился со своим сподвижником. Тот взглянул на него и, к удивлению своему, заметил, что чудного отпечатка славы Божией на нем уже не было. Как искренно любивший своего друга, он сильно восскорбел о нем и спросил: «Что-нибудь да ты сделал худое? Благодати Божией я не вижу на тебе!» Осудивший отвечал: «Ни делом, ни помышлением не нахожу себя согрешившим». «Так, – отвечал друг. – Но не согрешил ли словом?» Тут осудивший вспомнил свою встречу с рано евшим в пяток и сказал: «Да, я вчера рано евшего осудил: помолись обо мне, чтобы Бог простил меня». И оба наложили на себя пост. Прошло после сего две недели, и молитва и пост спасли осудившего. Благодать Божия снова сошла на него, и оба утешились и прославили Бога. «Темже, братие, – заключает сказание, – не осуждайте никогоже, но о своих попечемся согрешениях».

Как научиться не гневаться и не осуждать других? В нынешнем Евангелии на это есть ответ. Спаситель сказал осуждавшему Его за исцеление в субботу начальнику синагоги: «Лицемер! не отвязывает ли каждый из вас вола своего или осла от яслей в субботу и не ведет ли поить? сию же дочь Авраамову, которую связал сатана вот уже восемнадцать лет, не надлежало ли освободить от уз сих в день субботний?» (Лк. 13:15–16).

Этими словами Господь старается пробудить в осуждавшем чувство милосердия. То есть Христос говорит, что если у тебя есть жалость к скотине, ради которой ты нарушаешь субботу и ведешь её поить, то насколько больше должно быть жалости к человеку, над которым восемнадцать лет издевался сатана. И когда Спаситель сказал эти слова, то «все противившиеся Ему стыдились; и весь народ радовался о всех славных делах Его» (Лк. 13:17).

Итак, если мы хотим постоянно пребывать в свете благодати Божией, видеть свои грехи и постепенно искоренять их, нам нужно учиться никогда не осуждать других людей. Все мы духовно слабые и удобопреклонны ко всякому греху, а потому нуждаемся не в осуждении, а в дружеской поддержке. Ибо только так, взаимно поддерживая друг друга, мы сможем исполнить закон Христов. Аминь!

Дистанционное обучение православному богословию «Свято-Николаевская Православная Церковь

Как православные христиане, мы должны стремиться любить Господа Бога нашего всем сердцем, душой, силой и разумом (ср. Луки 10:27) - другими словами, всем своим существом.

Развитие любви к Богу в уме в значительной степени состоит в изучении веры. Мы должны погрузиться в Священное Писание и в учение Святой Церкви. Мы должны упорядочить свою жизнь так, чтобы - если это возможно - большинство впечатлений, формирующих наш образ мышления, исходили из учения нашего Господа, а не из искаженных учений этого мира.

Вот почему так важно с молитвой читать Священное Писание под руководством Церкви.

Это также то, почему для тех, кто склонен к учебе, высшее богословское образование является ценным. Это не только для тех, кто хочет стать священником; всем нам будет полезно лучше знать свою веру. Благодаря изучению мы можем более полно полюбить Бога, а также сможем лучше отвечать на вопросы окружающих нас людей, которые жаждут просветления, которое может принести только Иисус Христос.

За последние 10 лет появилось несколько программ дистанционного обучения православному богословию, в том числе три, которые проводятся нашей собственной Русской Православной Церковью за пределами России:

1. Пастырская школа Чикагской и Среднеамериканской епархии - это служение нашей собственной епархии. Он состоит из онлайн-классов, которые включают чтения, обсуждения и экзамены. Есть трек для будущих священников и диаконов и еще один трек для тех, кто просто хочет больше узнать о своей вере.В этом году пастырская школа предлагает всем желающим летние курсы.

http://orthodoxtheologicalschool.org/.

2. Свято-Троицкая семинария в Джорданвилле, штат Нью-Йорк, предлагает заочное обучение, ведущее к получению аккредитованного Сертификата богословия (HEGIS 5623). Студентам высылается список для чтения, и они дважды в год отправляются в Джорданвилл на экзамены.

http://hts.edu/seminary/front/en/academics.html#6.

3. Новообразованный Институт Св. Кирилла и Афанасия является служением Западно-Американской епархии.Это инновационная онлайн-программа, состоящая из учебных модулей в интерактивном онлайн-формате.

http://www.sforthodoxinstitute.org/

Эта запись была опубликована в четверг, 30 мая 2013 г., в 8:40 и внесена в раздел «Искупить время». Вы можете следить за любыми ответами на эту запись через канал RSS 2.0. Вы можете оставить отзыв или откликнуться со своего сайта.

,

Что такое православный ад? | Эклектическое Православие

Что такое православное учение об аде? Честно говоря, не знаю. Я действительно знаю, что многие православные учили об аде в течение последних семидесяти пяти лет или около того, и я кое-что знаю о том, что отцы церкви учили об аде в течение первого тысячелетия истории Церкви; но я не могу сказать вам, что Православная Церковь авторитетно и безнадежно учит об аде. Мое незнание этого вопроса частично обусловлено тем фактом, что огромная часть восточного богословского наследия никогда не переводилась на английский язык.Я не читаю ни греческого (современного или святоотеческого), ни русского, ни румынского, ни сербского, ни сирийского. Подозреваю, что моя позиция не сильно отличается от позиции большинства других англоязычных православных верующих, включая духовенство. Тот факт, что нам недоступно столько богословских размышлений, ставит нас в невыгодное положение.

Это не означает, что обычный американский приходской священник не верит , что он знает , что такое авторитетное православное понимание ада.Наоборот. По крайней мере, в англоязычном Православии особое понимание ада и погибели утвердилось как - православная позиция ; и это понимание, как нам говорят, разительно отличается от того, чему учат католицизм и протестантизм. Ученый-святоотеческий архимандрит Иреней (Матфей) Стинберг описал эту точку зрения как «ад - это рай, переживаемый иначе»: Бог не наказывает проклятых; проклятые переживают Бога как мучения, потому что они отвергли и навсегда отвергли божественную милость и любовь.Они не могут терпеть его неизбежного присутствия. Бог активно не причиняет боль Страшному суду; он просто позволяет проклятым испытать страдания, которые они свободно избрали, и допускает это на всю вечность. Эту точку зрения можно найти в трудах Иоанна Романидеса, Георгия Металлино и Иерофея Влахоса. Популярные презентации см. В A Study of Hell Ника Айелло, «Рай и ад в загробной жизни» Питера Чопеласа, «Ад и любовь Бога» Эрика Симпсона и «Почему нам нужен ад» Фредерики Мэтьюз-Грин.Тем не менее, как отмечает Стинберг, могут возникнуть серьезные вопросы о том, действительно ли это понимание ада как «другого восприятия небес» представляет собой согласованное учение отцов церкви : «эта точка зрения практически не имеет основания ни в библейском, ни в святоотеческом наследии Церковь, - утверждает Стинберг, - и на самом деле это наследие очень регулярно делает утверждения, которые полностью отрицают возможность такой точки зрения ».

К сожалению, англоговорящему необразованному человеку непросто оценить святоотеческий тезис «ад - это рай, переживаемый иначе».Посмотрите высоко и низко, но вы не найдете исчерпывающего, подробного и глубокого научного обсуждения эсхатологии отцов церкви, а тем более двухтысячелетней восточной традиции. Возможно, такие опросы доступны на французском, немецком, русском или греческом языках, но, увы, не на английском. Я нахожу это удивительным, особенно учитывая, насколько популярна эсхатология в богословских кругах за последние пятьдесят лет. Можно найти обширное обсуждение того, что Новый Завет учит об аде, особенно протестантскими учеными.И можно найти обширное обсуждение того, что католическая церковь догматически учит (или «должна» догматически учить) об аде католическими теологами. Но когда обращаешься к отцам церкви, сразу попадаешь в стену. На самом деле, трудно найти углубленное научное исследование отдельных отцов церкви по этому вопросу, за исключением Оригена, Грегори Ниссена и Августина. Дж. Н. Д. Келли посвящает пару страниц аду и суду в своей книге Ранние христианские доктрины .Первый том Ярослава Пеликана «Христианская традиция » еще менее полезен.

Лучший обзор эсхатологических верований отцов церкви на английском языке - это The Hope of the Early Church , составленный уважаемым патристическим ученым Брайаном Э. Дейли. Любой, кто хочет исследовать данную тему, вероятно, должен начать с этого заголовка. Книга Дейли ясно показывает разнообразие представлений об аде и проклятии, существовавших среди отцов церкви. Безусловно, можно в общих чертах выделить различие в подходах греческих и латинских отцов; но было бы ошибкой слишком сильно увеличивать контраст.За исключением тех, кто учил той или иной форме всеобщего спасения, и греческие, и латинские отцы утверждают, что адские наказания назначены Богом и являются карающими. Бог вечно наказывает нечестивых. Особенно ярко проявился святитель Иоанн Златоуст, один из Трех Святителей:

Это море огня - не море того вида и размеров, которые мы знаем здесь, но гораздо больше и яростнее, с волнами, сотворенными из огня, огня странного и устрашающего вида. На самом деле там огромная бездна ужасного пламени, и можно увидеть огонь, носящийся со всех сторон, как какое-то дикое животное.… Не будет никого, кто сможет сопротивляться, никого, кто сможет убежать: кроткого, мирного лица Христа нигде не будет видно. Но поскольку приговоренные к работе рудники передаются грубым людям и видят больше не свои семьи, а только своих надсмотрщиков, так и будет - или не просто так, а гораздо хуже. Ибо здесь он может обратиться к Императору с просьбой о помиловании и освободить заключенного - но там - никогда. Они не будут выпущены, но останутся жареными и в такой агонии, которую невозможно выразить.( Проповеди к Матфею 43 [44] .4)

И снова:

Ибо, когда вы слышите об огне, не думайте, что огонь в этом мире подобен этому: ибо огонь в этом мире горит и уничтожает все, чем овладевает; но этот огонь постоянно сжигает тех, кто однажды был схвачен им, и никогда не утихает: поэтому он и называется неугасимым. Ибо те, кто также согрешил, должны облечься в бессмертие не для чести, а для того, чтобы иметь постоянный запас материала для исполнения этого наказания; и как это ужасно, речь никогда не сможет изобразить, но на опыте маленьких вещей можно составить некоторое небольшое представление об этих великих.Ибо, если вы когда-нибудь окажетесь в ванне, которая нагрета сильнее, чем следовало бы, подумайте, я прошу вас, в адском огне; или еще раз, если вы когда-нибудь воспламеняетесь какой-нибудь сильной лихорадкой, перенесите свои мысли в это пламя , и тогда вы сможете четко различить разницу. Ибо, если баня и лихорадка так сокрушают и огорчают нас, каково будет наше состояние, когда мы упадем в ту огненную реку, которая течет перед ужасным судилищем? Тогда мы будем скрежетать зубами от страданий наших трудов и невыносимых болей; но некому будет поддержать нас: да, мы будем сильно стонать, когда пламя будет сильнее воздействовать на нас, но мы не увидим никого, кроме тех наказываемых вместе с нами, и великого опустошения.А как описать ужасы, возникающие в наших душах из тьмы? Ибо, как огонь не обладает потребляющей силой, так и светить не может: иначе не было бы тьмы. Тревога, вызванная этим в нас, а также трепет и великое изумление, можно в достаточной мере осознать только в тот день. Ибо в том мире со всех сторон на душу обрушиваются многие и самые разные мучения и потоки наказаний. И если кто-нибудь спросит, а как может душа выдержать такое множество наказаний и продолжать наказываться на протяжении бесконечных веков, пусть он подумает о том, что происходит в этом мире, сколько часто переносили длительную и тяжелую болезнь.А если они умерли, то это произошло не потому, что душа была сожжена, а потому, что тело было истощено, так что если бы последнее не сломалось, душа не перестала бы мучиться. Когда мы получили нетленное и непотребляемое тело, ничто не может помешать продлению наказания на неопределенный срок. Ведь здесь действительно невозможно, чтобы эти две вещи сосуществовали. Я имею в виду суровость наказания и постоянство бытия, но одно борется с другим, потому что природа тела бренна и не может выносить совпадения обоих: но когда наступит нетленное состояние, этой борьбе будет конец. , и обе эти ужасные вещи будут удерживать нас в течение бесконечного времени с большой силой.Давайте не будем так располагаться сейчас, как если бы чрезмерная сила пыток была разрушительной для души: ибо даже тело не сможет пережить это в то время, но будет пребывать вместе с душой в состоянии вечного наказание, и дальше этого не будет конца. Сколько же роскоши и сколько времени вы будете взвешивать перед этим наказанием и местью? Вы предлагаете срок в сто лет или вдвое больше? И что это по сравнению с бесконечными веками? Ибо то, что мечта одного дня посреди всей жизни, что наслаждение вещами здесь контрастирует с положением вещей грядущего.Итак, есть ли кто-нибудь, кто, чтобы увидеть хороший сон, избрал бы вечное наказание? Кто настолько бессмыслен, чтобы прибегать к такой расправе? ( Ad Theod. 1,10)

Джонатан Эдвардс, отойди! Восточная церковь может похвастаться таким же ужасным проповедником, как вы! Возможно, такие отрывки можно объяснить риторическим энтузиазмом; но, тем не менее, трудно понять, как они описывают ад, который «по-разному переживают небеса». Каким бы ни был огонь ада, он карающий, карающий, мучительный, разрушительный и вечный.«Невозможно, - настаивает святой Иоанн, - чтобы не было наказания и геенны» ( In 1 Thes 8.4). В этом мире божественное наказание предназначено для нашего исправления; в следующем мире, для мести ( In Rom. Hom. 3.1). Проклятые страдают, потому что они заслуживают страданий. Святой Иоанн Златоуст - это не Исаак Сириец.

Учение Иоанна Златоуста важно, поскольку оно, кажется, дает сильный контраргумент утверждению, что популярная современная точка зрения представляет авторитетную позицию Православной церкви.Мне неизвестно научное эссе, в котором подробно рассматривается взгляд Златоуста на погибель, но я хочу взглянуть на главы о суде и аде в «Тайна смерти » Николаоса П. Вассилиадиса, которые в значительной степени зависят от Златоуста.

Какие бы различия ни существовали между греческими и латинскими отцами, их объединяет карающий, мстительный характер наказаний ада. Отчет меньшинства, конечно, существует - представленный Климентом Александрийским, Оригеном, Григорием Нисским, Исааком Ниневийским и, возможно, также Амвросием, - но это отчет меньшинства (см. Джон Сакс, «Apocatastasis in Patristic Theology»; более древнее, хотя и ошибочное, представление универсализма в святоотеческий период см. в J.В. Хэнсон). В конце концов возмездие Августина на Западе и императора Юстиниана на Востоке возобладало.

Вопрос о различиях между греческими и латинскими отцами поднимает интересный догматический вопрос: если латинские отцы на самом деле являются церковными отцами, то каким авторитетом мы отвергаем их взгляды на погибель, если они расходятся с восточными отцами? Всегда ли Восток превосходит Запад?

Но можем ли мы по крайней мере согласиться с тем, что Пятый Вселенский собор (553 г.) догматически утверждал вечность ада и отвергал все формы универсализма? Мой быстрый ответ: нет.Я говорю это по двум причинам. Во-первых, ученые продолжают спорить, действительно ли пятнадцать анафем против Оригена были официально провозглашены собором. В своем сборнике « Указов Вселенских соборов » 1990 года Норман Таннер исключает пятнадцать анафем, потому что «недавние исследования показали, что эти анафемы нельзя отнести к этому собору» (стр. 106). Ричард Прайс считает, что по настоянию императора Юстиниана отцы совета утвердили анафемы до до официального открытия совета.Каким же догматическим авторитетом обладают эти анафемы? В актах Собора о них нет упоминания (Ричард Прайс, , Акты Константинопольского Собора от 553 г. , стр. 270–286). Во-вторых, даже если мы предположим, что анафемы пользуются соборной властью, нам все равно нужно истолковать их . Герменевтика догматических утверждений не была темой, которой православные богословы уделяли много внимания, но тема неизбежна. Конечно, мы не можем просто цитировать анафемы, как будто это закрывает все богословские дискуссии и дебаты.Это было бы формой догматического фундаментализма. Догматические утверждения нужно интерпретировать с такой же осторожностью и рассудительностью, как мы толкуем Священное Писание. Они не падают с небес. Их значение, а тем более их применение, не всегда ясно и ясно. Они провозглашаются епископами на определенном этапе истории для устранения конкретных ересей и ложных учений. Беглое прочтение пятнадцати анафем показывает, что осуждаемая формулировка apocatastasis по своей сути принадлежит к целому набору странных учений оригенистов шестого века.Поэтому было бы ошибкой предполагать, что епископы намеревались также осудить универсализм святого Григория Ниссена или святого Исаака Сирийского (который родился через столетие после Собора), чьи эсхатологии заметно свободны от оригенистского понимания. о цикличности истории и предсуществовании душ. Как отмечает Met Kallistos Ware:

Однако есть серьезные сомнения в том, действительно ли эти пятнадцать анафем были официально одобрены Пятым Вселенским Собором.… Кроме того, следует внимательно отметить точную формулировку первой анафемы. Он не говорит только об апокатастасисе, но связывает вместе два аспекта теологии Оригена: во-первых, его рассуждения о начале, то есть о предсуществовании душ и докосмическом падении; во-вторых, его учение о конце, о всеобщем спасении и окончательном примирении всех вещей. Эсхатология Оригена рассматривается как прямое следствие его протологии, и обе они вместе отвергаются.

То, что первая из пятнадцати анафем должна осуждать протологию и эсхатологию в одном предложении, вполне понятно, поскольку в мышлении Оригена эти две анафемы образуют единое целое. Вначале, как он считал, существовало царство логикои или рациональных интеллектов (но), существовавших до создания материального мира как разумы без тела. Первоначально все эти логики были соединены в совершенном единстве с Логосом Создателя. Затем последовало докосмическое падение. За исключением одного logikos (который стал человеческой душой Христа), все остальные logikoi отвернулись от Логоса и стали, в зависимости от тяжести своего отклонения, ангелами, людьми или демонами.В каждом случае им давали тела, соответствующие тяжести их падения: легкие и эфирные в случае ангелов; темный и отвратительный в случае с демонами; промежуточное звено в случае человека. В конце концов, как утверждал Ориген, этот процесс фрагментации будет обращен вспять. Все одинаково, будь то ангелы, люди или демоны, будут восстановлены в единстве с Логосом; изначальная гармония всего творения будет восстановлена, и еще раз «Бог будет всем во всем» (1 Кор. 15:28).Таким образом, взгляд Оригена носит круговой характер: конец будет как начало.

Итак, как мы уже отметили, первая из пятнадцати антиоригенистских анафем направлена ​​не просто против учения Оригена о всеобщем примирении, но и против его полного понимания истории спасения - против его теории предсуществующих душ, докосмического падения и гибели. final apocatastasis - рассматривается как единое и неделимое целое. Предположим, однако, что мы отделяем его эсхатологию от его протологии; предположим, что мы отказываемся от всех спекуляций о царстве вечной логики; Предположим, что мы просто придерживаемся стандартной христианской точки зрения, согласно которой душа не существует ранее, но каждый новый человек возникает как целостное единство души и тела в момент или вскоре после момента зачатия эмбриона в материнском теле. матка.Таким образом, мы могли бы продвигать доктрину всеобщего спасения, утверждая это не как логическую уверенность (действительно, Ориген никогда не делал этого), а как искреннее стремление, дальновидную надежду, - что позволило бы избежать округлости взглядов Оригена и, следовательно, избежать осуждения антиоригенистских анафем.

Из-за значительных различий между универсализмом Оригена и его учеников шестого века и универсализмом Григория Ниссена и Исаака Сирийца, мы не можем напрямую применить анафемы шестого века к эсхатологическим взглядам Григория и Исаака.Именно такие соображения привели митингующего Илариона Алфеева к выводу, что православное понимание апокатастасиса и невечности ада может иметь законное продвижение (см. The Mystery of Faith , p. 217).

Есть ли в Восточной Православной Церкви догматически обязательный догмат об аде? Я не понимаю, как это можно с уверенностью утверждать и утвердительно. В святоотеческий период существовало множество верований о страшном суде и погибели, и это разнообразие сохраняется и по сей день.Православная Церковь еще не сказала своего окончательного слова.

(перейти к исправленной и обновленной версии)

(Перейти в «Ад и мучительное видение Христа»)

(Для дальнейшего обсуждения восточного православия и ада см. «Православие и осуждение проклятых» и серию блогов об эсхатологических взглядах отца Думитру Станилоаэ)

Нравится:

Нравится Загрузка ...

Связанные

.

Православный взгляд - Православие и гетеродоксия

Примечание редактора: эта статья является частью серии статей о Реформации и протестантизме, написанной авторами O&H и приглашенными авторами в октябре 2017 года, приуроченных к 500-летию со дня прибивания 95 тезисов Мартина Лютера к дверям церкви в Виттенберге 31 октября. 1517. В статьях, написанных православными христианами, говорится не только о Реформации как историческом событии, но и о духовном наследии, которое от нее произошло.

Протестантской Реформации Мартина Лютера в конце этого месяца исполняется 500 лет, и я честно думаю, что он был бы удивлен, увидев, что она продлится так долго, не столько потому, что его первоначальный проект реформирования Римской церкви был бы реализован к настоящему времени, но скорее потому, что он был уверен, что скоро конец света. Что ж, вот и мы, и сейчас 2017 год. За пять веков протестантизма произошло многое.

Мне, как православному христианину, было бы легко образно заглянуть через стену между Востоком и Западом и снисходительно бросить взгляд на «яйцо, которое отложил Рим.«Именно так некоторые православные писатели видели протестантизм с его бесчисленными деноминациями и движениями, что он является плодом раскола, которому уже было около пяти веков, когда Рим откололся от православного Востока. Итак, почему мы должны уделять много внимания расколам, возникшим из-за раскола, который сейчас уже много раз устранен?

Аналогичное мнение было высказано русским писателем Алексисом Хомяковым, который, как известно, пошутил, что Папа был «первым протестантом», а также что «все протестанты - крипто-паписты», считая обоих в первую очередь бунтовщиками против священного предания древней церкви. ,То, что католики и протестанты являются «двумя сторонами одной медали», стало аксиомой во многих ортодоксальных трактовках западного христианства, и эта валюта обычно используется для совершения покупок на богословском черном рынке, где ложные доктрины торгуются безотносительно к официальные традиции христианского мира, предшествовавшие Великому расколу одиннадцатого века.

Я сам боролся с этими взглядами, так как около двух десятилетий назад я начал пытаться понять различия между евангелизмом моего детства и православием, которое я выбрал в качестве студента колледжа.Представлять западных христиан, особенно протестантов, «там» было удобно и даже утешительно, и даже легче было считать их виновными в основном в своем расколе от Православной церкви, сколько бы их ни было.

Тем не менее, за исключением нескольких исключений, почти все христиане, живущие в настоящее время и не принадлежащие к Православной церкви, не хотели разлучаться с ней. Большинство из них на самом деле даже не подозревают о его существовании. Они наследники раскола.А в случае католиков они видят нас как раскольников, в то время как почти для всех протестантов сейчас раскол даже не «вещь». Они обычно не думают, что церковные тела находятся в общении или вне общины, и не имеют никакого представления о том, что разрыв причастия может означать пребывание вне церкви.

Таким образом, это мнение некоторых православных о протестантах, в особенности просто как о бунтовщиках против Православия, не будет иметь большого смысла для большинства из них, поскольку они в основном не знают, что существует такая вещь, как Православие, и не совсем даже есть ощущение, что они восстают против чего-либо, даже против Рима (конечно, за исключением хэштегов #StillProtesting).Для них их способ поклонения и веры - это то, что есть.

Различия имеют значение

Однако не поймите меня неправильно - я действительно думаю, что стоит предложить некоторую критику Реформации и ее наследников, и я написал несколько глав в Православие и Гетеродоксальность , посвященных именно этому проекту.

Реформация фактически уничтожила экклезиологию, во-первых, по крайней мере, для ее последователей. Арбитражные церкви по-прежнему сохраняют видимость экклезиологии, но ее разработка - это в основном административный вопрос, а не сакраментальный или апостольский авторитет.

Кто находится в общении с кем, в основном о том, чьи доктрины и практики не искажены слишком сильно по сравнению с вашими собственными. Тем не менее, у вас все еще есть группы, общающиеся друг с другом, чьи доктрины и вероисповедание отличаются друг от друга как части ELCA и ECUSA. Я даже не могу понять, почему они беспокоятся, и я не говорю об этом пренебрежительно. Что именно удерживает, скажем, консервативного лютеранина из ELCA (исчезающая порода) в убеждении, что ему следует разделять общение с таким отрицающим Христа, как Джон Шелби Спонг из ECUSA?

А вы можете представить, как вы спуститесь в местную мега-церковь и спросите их, с какими церквями они общаются? В этом вопросе даже не было бы смысла.

И без особой экклезиологии называть кого-то еретиком - это по большей части бессмысленное упражнение, когда вы просто говорите, что вы не согласны или что они не могут быть наняты церквями вашей деноминации. Это не похоже на то, чтобы изгнание кого-то из какой-то конкретной протестантской деноминации дало кому-то представление о реальной анафеме , о таких вещах, когда люди действительно начинают беспокоиться о своем спасении.

И без этой экклезиологии на самом деле нет пределов тому, что можно сделать sola scriptura .Библия может считаться авторитетной, но кто ее читает? Однажды я присутствовал на своего рода публичных дебатах между представителем PCUSA и более консервативной отколовшейся деноминацией ОЭС, в которой последнее обвинило первое в несоблюдении Писания. Первый сказал, что уважает это. Так кто решает между ними? Реформация до сих пор не дает реального ответа на этот вопрос. Любой ответ, вероятно, был бы опасно похож на католицизм.

Я также считаю, что отказ от церкви Реформации привел к тому, что философ Чарльз Тейлор назвал «воплощением» христианской веры, в которой христианская жизнь больше сводится к убеждениям, а не к жизни всей жизнью.Вот почему почти все, что называется «поклонением», приемлемо для большинства протестантов, если «послание» остается неизменным. Хотя большинство из них никогда бы этого не сделали, нет никаких аргументов против использования дэт-метала в церкви. Если тексты хорошие, ну…?

Но на самом деле мы в этом вместе

Я знаю некоторых православных, которые могут кулаками колотить по моему предыдущему разделу, которым этот точно не понравится. Но я думаю, что мы действительно должны видеть себя вместе, как в этом мире, то есть в этом мире, где трансцендентное все труднее и труднее вносить в нашу имманентную жизнь.Мы можем возложить ответственность за многое из этого на воплощенное христианство Реформации, но все мы переживаем это. Все мы на самом деле наследники Реформации. Нам не избежать этого.

И даже на личном уровне я сам наследник Реформации. Первые двадцать два года своей жизни я провел в евангелизме, как сын миссионеров. Я мог бы притвориться, что теперь все это покончено с этим, что мое протестантское прошлое просто отвергнуто. Но с моей стороны было бы глупо делать вид, что это не повлияло на меня.

Из конечно повлияло на меня, и я бы сказал, что в основном это было в лучшую сторону. Благодаря отцу и матери, а также различным пасторам и учителям на протяжении всего моего детства я научился любить Иисуса Христа, любить Священные Писания и искать более высокие вещи над мирским.

Я также узнал, что участие в культуре - это часть того, что значит быть христианином. апостолов послал в мир Иисус Христос, а не для того, чтобы строить крепости, с зубцов которых мы могли бы бросать насмешки в стиле Монти Пайтона, ведь у нас уже есть Святой Грааль, которого мир ищет, а скорее так чтобы мы могли привести в Церковь весь мир.И есть некоторые части евангелизма, которые действительно пытаются это сделать, даже если их проповедь Евангелия не совсем то, чем должно быть с православной точки зрения.

Я также не могу не восхищаться энергией и самоотверженностью многих протестантов, особенно с точки зрения их творческого потенциала, рассказывающего другим об Иисусе, которого они любят. Православные часто не интересуются творчеством, даже если оно полностью соответствует православным традициям. Но хотя некоторые новые выражения действительно враждебны Православию, некоторые скорее соответствуют замыслу отцов, честно и творчески ответивших на вызовы своего времени.

Моя последняя надежда на Реформацию состоит в том, что протестанты будут собраны в Православную Церковь. Но я не думаю, что мы, православные, сможем триумфально провозгласить эту надежду, если у нас есть реальная надежда на ее осуществление. Никто не послушает нас, если мы примем позу, что у нас есть то, что нужно всем остальным, и что им лучше встать на колени и покаяться, чтобы они могли это получить. Создается впечатление, что Православие в чем-то истинно, потому что мы такие великие.

На самом деле мы не так уж хороши. Я действительно верю, что православная вера - действительно Драгоценная Жемчужина, но я также заметил, что православные довольно хорошо пытаются похоронить ее в этом поле и следить за тем, чтобы список недвижимости на поле был хорошо спрятан. от Zillow.

Если я встречу протестанта, и он любит Иисуса Христа, верит, что Он и Бог, и человек, и верит в Святую Троицу, как написано в Никейском символе веры, я считаю, что у нас есть много общего.Я не буду делать вид, что это все, что нужно. Конечно, есть различия, которые действительно важны и имеют вечные последствия. Но если кто-то любит моего Христа, тогда я хочу лучше узнать его и лучше увидеть его веру. А если он еще не любит моего Христа, тогда я все равно хочу его узнать и попытаться показать ему Иисуса Христа, как могу.

Наконец, братья, все, что истинно…

Я не буду сидеть сложа руки и пытаться заявить, должна была случиться Реформация или нет.Конечно, я думаю, что у Лютера и других реформаторов были искренние и обоснованные претензии к Риму. Но есть также смысл в том, что у меня нет собаки в этом бою. Я не протестант и не католик. Мне не нужно выбирать сторону. Подлинность существования моей церкви никоим образом не доказывается этим аргументом.

Но факт остается фактом: Реформация действительно произошла. Называть друг друга нелегитимными на этом основании никому не помогает. Может быть, они где-то там, но я никогда не слышал о том, чтобы кто-нибудь стал православным христианином, потому что ему сказали, что его прежняя религиозная принадлежность была ложной.

Я не думаю, что полезно тратить время на обвинение людей, которые в настоящее время живы, в действиях тех, кто был мертв на протяжении столетий. Вопрос в том, что мы делаем сейчас. Вот что, я думаю, мы, православные, должны делать сейчас:

Помимо прекращения обвинений, нам следует серьезно обсудить как наши сходства, так и наши различия. Мы должны иметь их честно и с любовью. Мы должны избегать как полемики, так и компромиссов. (Полемика предназначена для тех, кто активно подрывает и противостоит Церкви, в то время как я не могу себе представить, какой компромисс в догматических вопросах является законным.)

Мы также должны стремиться лучше узнать друг друга и научиться удивляться тому, какими способами люди ищут связи с Богом, даже если мы не согласны с ними. Мы можем ценить, интерпретировать и связываться с доктринами и практиками, которые нам не принадлежат, даже если мы их критикуем.

Ключ в том, что мы помним, что люди, которые верят и практикуют эти вещи, - это ровно человек , что означает, что Христос желает их для Своей Церкви. И если они уже верят в Иисуса Христа, то мы должны радоваться их любви к Нему, даже если она не похожа на нашу.

И, наконец, мы должны также настойчиво приглашать все человечество, но особенно других христиан, в наследие Отцов Церкви, особенно тех первых христиан, которые получили веру от Апостолов. Из-за его широкого и глубокого влияния все мы в современном мире - наследники Реформации. Но все христиане также являются наследниками святых отцов, принявших веру и канонизировавших и истолковавших Писание, и это наследие глубокое и богатое, которое не разочарует ни одного, кто со смиренным духом ищет Христа.

Статьи по теме

.

Смотрите также